Каверин Вениамин Александрович - Суховей 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Панаско Евгений

Десант из прошлого


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Десант из прошлого автора, которого зовут Панаско Евгений. В электроннной библиотеке adamobydell.com можно скачать бесплатно книгу Десант из прошлого в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB или читать онлайн книгу Панаско Евгений - Десант из прошлого без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Десант из прошлого = 116.02 KB

Панаско Евгений - Десант из прошлого => скачать бесплатно электронную книгу



Scan, OCR, SpellCheck: Вадим Ершов 05.04.2000
«Десант из прошлого»: Ставропольское; Ставрополь; 1988
ISBN 5-7644-0214-Х
Аннотация
Молодому инспектору Интерпола Сбитневу поручается его первое дело: по заявлению профессора Компотова (заведующего кафедрой научной фантастики в Европейском университете гуманитарных исследований) из всех библиотек мира внезапно исчезла книга «Десант из прошлого» некого Гонсалеса. Профессор считает книгу не дрянным фантастическим романом (чем она на самом деле и является), а детальной инструкцией террористического акта, связанного с перемещением во времени. Расследование, начавшееся как рутинная проверка заявления чудака-буквоеда, неожиданно закручивается в головоломную серьезную историю.
© FantLab.ru
Евгений Панаско
Десант из прошлого
1
Бреясь, я вглядывался в зеркало и думал, может ли отражающийся в нем субъект считать себя неудачником.
В зеркале скоблил щеки бравый шатен тридцати лет от роду, ста девяноста двух сантиметров ростом и весом в восемьдесят семь килограммов. Заметим: это профессиональное – определять рост и вес с первого взгляда, хотя, разумеется, свои-то параметры я знал точно. Как и то, что субъект, отражающийся в зеркале, не пьет, не курит, не женат, но, в общем, нравится девушкам… Впрочем, к делу все это не относилось.
А относилось, пожалуй, то, что инспектор Сбитнев, сосредоточенно выбривающий сейчас щеки, к завершению стажировки имел совсем неплохие показатели как в теории, так и на практике, и это было отмечено соответствующим продлением на три года зарубежной командировки. Этот субъект мог в любой момент недурно пробежать славную дистанцию – полторы мили, умел хорошо стрелять – не будем скромничать, одно время, еще до Интерпола, был даже призером регионального первенства; были у него не только эти, но и многие другие профессиональные козыри… Всего не перечислить. Пожалуй, этому субъекту с намыленной физиономией вроде бы и не на что жаловаться.
Но как сказать, господа, как сказать! Вчера я впервые порадовался, что в нашей конторе информация распространяется только по вертикали и запрещено передавать по горизонтали любые сведения без прямой необходимости. Поэтому о конкретной сути дела, которым занимается тот или иной инспектор, знает только непосредственное начальство, а если занимается делом группа, то и в ней каждый получает ровно такую долю информации, какая необходима для выполнения своих функций.
Будучи стажером, входил и я в ряд групп; мне приходилось наводить справки и стрелять (к счастью, пока – в воздух), защелкивать наручники и обеспечивать тылы, разнимать дерущихся и организовывать драки – и так далее, и так далее… И все эти драки и дежурства на подхвате суммировались, и за все – выставлялись оценки, и все это в конце концов определило главное: профессиональную пригодность. Два эти последних слова для добривающегося новоиспеченного инспектора продолжали звучать музыкой, потому что знал, знал отражающийся в зеркале субъект и другие слова, прямо противоположные по смыслу…
Впрочем, это несущественно тоже.
В данном случае гораздо существеннее то, что о большинстве дел, которые вели инспектора или спецгруппы, в состав которых меня включали стажером, я до сих пор имею довольно смутное представление. Жесткая система секретности ограждает незаконченные дела от ненужного любопытства. Достоянием всех становятся только полностью законченные, закрытые производством дела – да и то, разумеется, не все. Свои теоретические познания, а также свою интеллектуальную сметку стажер демонстрирует на сценариях, разыгрываемых компьютером по дальним аналогиям чьих-то реальных дел. (И с этим тоже, как будто, получалось неплохо у стажера Сбитнева).
Так вот обстоят дела с осведомленностью рядового сотрудника Интерпола о конкретных задачах дружного интернационального коллектива, и нельзя сказать, чтобы степень этой осведомленности рядового сотрудника Сбитнева стопроцентно удовлетворяла. Но вот вчера вечером, принимая поздравления с получением первого самостоятельного дела, я от души радовался, что никому нельзя мне о нем рассказать и никто, соответственно, меня и не спрашивает о его сути. И сейчас, добривая подбородок в порядке подготовки к встрече с первым и пока единственным лицом, связанным с моим следственным дебютом, ощущал я недоумение и дискомфорт…
– Принимай дело, – сказал вчера шеф в конце дня, вызвав меня к себе в кабинет. Он кивнул на приставной столик, где лежала желтая папка с номером и моей фамилией в верхнем правом углу под отчетливым словом «инспектор».
– Есть принять дело! – браво выпалил я.
– Садись, посмотри. Завтра приступишь. Открыто заявлением профессора филологии Леонарда… гм… Компотова. Соотечественник! – отметил он, хотя я бы ничего особенного в этом факте не усмотрел. Впрочем, когда-то, в пору шефовой молодости, участие советских специалистов в работе не только Интерпола, но и многих других международных организаций едва-едва переставало быть экзотикой. Вот иной раз и проскальзывала в речи моего начальника некая ностальгическая нотка, только чуткому уху понятная. Но я уже заметил: если человеку хотя бы за сорок, у него такая нотка нет-нет да и прорвется…
Шеф углубился в ворох бумаг, разбросанных на его столище, а я подсел к приставному и с азартом взялся за папку. Что же мне приготовил профессор филологии?
Прочитав, я поначалу даже не понял сути. Перечитал.
В заявлении Л. Г. Компотова говорилось о том, что в университетской библиотеке, а также в личной коллекции профессора украдена некая книга. То же издание исчезло еще у нескольких коллекционеров.
Профессор занудно перечислял все библиографические данные, все выходные сведения книги, подробно описывал формат, цвет обложки и даже гарнитуру шрифта; казалось, это протокол осмотра свеженайденного трупа.
– Не понял? – шеф поднял голову.
– Не понял, – признался я. И в самом деле – было ведь от чего прийти в недоумение. М-да… Книгу украли. Кого брать в наручники? С кем вести перестрелку?
– Надо найти, кто это сделал, – обыденно пояснил шеф. – И зачем.
Признаться, я был настолько шокирован, что даже вступил в легкие препирательства. Я заявил, что если есть какой-то состав преступления в воровстве книг, – а он, конечно же, есть, книги красть нехорошо, это всем известно, и я этого вовсе не отрицаю, – то пусть все-таки этим занимается… ну, хотя бы местная уголовная полиция. Если там, конечно, сочтут подобный факт достойным внимания. Или какая-нибудь общественная организация. Какое-нибудь, допустим, общество любителей книги – ему и карты в руки. Если, конечно, подобное общество существует…
Шеф слушал с интересом, и я напомнил ему, что у Интерпола свои задачи, несколько более важные, чем расследование мелких краж, что я усвоил с первых дней работы в этой организации, причем не только теоретически, но и на практике… Шеф ободряюще кивал, и я прикусил язык не прежде, чем начал хвастать, как проходила практика. Ну и ну! Вчера лишь вышел приказ о моем производстве в инспекторы, а сегодня – уже препираюсь с шефом. Но ведь я получаю дело, которое, на мой взгляд, вообще не имеет отношения к нашему ведомству…
Итак, я вовремя осекся и замолчал. Шеф – ожидая, видимо, продолжения – еще с минуту глядел на меня с интересом, но потом интерес этот на глазах увял, и он, позевывая, сказал, что я забываю о существовании в международном праве обширной статьи, посвященной охране памятников мысли. В тех случаях, инспектор Сбитнев, когда дело подпадает под эту статью, занимается им именно Интерпол. Так уж заведено, и довольно давно – со времен реконструкции этой организации после разоружения. Украден не один экземпляр, изъяты, как следует из заявления профессора Л. Г. Компотова, все известные экземпляры книги, имевшей незначительный тираж и одно издание. В случае, если не сохранена рукопись, а в данном случае похоже, что так, речь идет именно о попытке уничтожения памятника мысли, а вовсе не о краже не слишком дорогой вещи. Думать надо, инспектор Сбитнев… И вообще, – тут голос шефа внезапно окреп, в нем зазвенело железо, так уж у него было заведено – вздымать голос в самые неожиданные моменты, – и вообще, инспектор, – он прямо-таки подчеркивал это слово, – начинать первое дело с препирательств не принято. Посмотрим еще, как вы, товарищ дорогой, справитесь с этим делом. Перестрелку вам подавай, остатки мафии! А ума хватит ли, чтобы самостоятельно распутать простенькую историю? Идите и работайте! Деятель, понимаете!
«Деятель» – это уже было ругательство.
Ошарашенный, я вывалился из кабинета шефа с желтой папочкой в руках, криво улыбнулся в ответ на поздравления ребят, увидевших меня с делом, сел за свой стол и перечитал еще раз заявление профессора Леонарда Компотова.
Дело выглядело уныло. Аналогий, естественно, я не видел. Задавать программу-поиск в компьютер было явно бессмысленно.
Тупо выглядело дело, и я решил никак к нему не готовиться, разве что обновить свои познания в международном праве. А с утра вот побриться и к профессору явиться. В надежде, что он, быть может, передумал. Принесет извинения, скажет, что вся эта история выеденного яйца не стоит, что он заявление свое забирает; мы тут же с ним расшаркаемся и расстанемся навсегда…
Но дело-то, дело номер один! Начать с пустышки – это, по-моему, много хуже, чем черная кошка или покойник встречь. Суеверие? Нет, настроение…
Папку с делом я уложил в сейф.
Л. Г. Компотов возглавлял кафедру научной фантастики в одной из многочисленных международных организаций, расцветших после разоружения Европейском университете гуманитарных исследований, однако бывал там, как выяснилось, не каждый день, так как научной работой в основном занимался дома. Домой к нему я и подъехал.
Профессор занимал особняк, в котором, похоже, на большей части пространства размещалась библиотека.
По пути от прихожей до рабочего кабинета, где трудился профессор, я увидел, что Л. Г. Компотов живет одновременно как бы в нескольких укладах. По разностилью внутренней обстановки могло показаться, что нахожусь я в недрах огромной коммунальной квартиры, а не в респектабельном профессорском жилище. Тут были ковры и хрустально сверкала люстра, там в беспорядке валялись на полу чемоданы, частью полураскрытые, из них выплескивались вещи, преимущественно женские, здесь поражало скопище электронной звуко– и видеовоспроизводящей аппаратуры, а вот внезапно с ревом вываливались два крупных, головастых паренька, продолжая драться, а вслед за ними из детской выкатывалось сонмище автоматических кукол и разнокалиберных игрушек – стреляющих, пищащих, кривляющихся…
Но всюду – в коридорах и комнатах – громоздились от пола до верха, свисали с потолка сталактитами, хитро занимали углы и ниши книжные шкафы и полки, застекленные антресоли, наглухо закрытые тумбы.
Впустила меня жена профессора. Я представился, и она проводила инспектора Сбитнева до дверей кабинета, в котором ему, Сбитневу, предстояло начать практически, беседой с заявителем, дело за номером один.
Профессор сидел за огромным письменным столом, был чрезвычайно худ, имел голову грушей, расширением кверху, редковатые прямые черные волосы и аккуратную, естественного происхождения тонзуру.
– Павуба обовас, – сказал мне профессор. – Бивуточку.
Он похлопал рукой по бумагам, разложенным на столе, затем быстро и целеустремленно выдвинул один за другим двенадцать ящиков своего письменного стола, так же быстро их задвигая.
– Бивуточку! – продолжил он на том же странном языке. – Часбу павадке.
Он встал. 196–197 сантиметров, прикинул я, при весе 70–75 килограммов. Несколько секунд профессор бесцельно блуждал взором окрест, затем тем же жестом, каким охлопывал стол, постучал по карманам пиджака. В этот момент я решил, что он ищет очки. Но очки были на нем. Я хотел сказать об этом, но взор профессора внезапно прояснился. Он сунул руку во внутренний карман пиджака, вынул оттуда нечто розоватое, квакнул «павдон, павдон» и бросил это нечто себе в рот, после чего перешел на понятный мне язык.
– Слушаю вас, – сказал он.
– Инспектор Интерпола Сбитнев, – представился я служебным голосом, прибыл по вашему заявлению от второго августа.
– А-а-а! – крикнул профессор и осклабился, обнаружив розовую вставную челюсть. – Очень и очень рад. Однако сожалею заранее, если ваши хлопоты окажутся бесполезными.
Такое начало нельзя было посчитать оптимистическим, однако я выполнил все необходимые формальности: идентифицировал личность заявителя, предъявил свои документы и разъяснил полномочия, дал классификационную оценку заявлению профессора и заодно растолковал ему суть статьи соответствующего кодекса международного права об охране памятников мысли (накануне пришлось ликвидировать пробел в собственном образовании…), предупредил о том, что наш разговор фиксируется, и тут же напомнил об ответственности за дачу ложных показаний.
Профессор на все это отреагировал не очень внимательно.
– Вы любите научную фантастику? – внезапно спросил он.
– Нет, – ответил я, и наступила томительная пауза. Профессор смотрел на меня, как на эксгибициониста. – Это имеет какое-то отношение к делу? осведомился я.
– Косвенное, – сообщил профессор. – Книга, по поводу которой мною сделано заявление, относится к одному из тематических подвидов энэф.
Путем некоторого умственного усилия я понял, что «энэф» есть аббревиатура того самого вида литературы, кафедру которой возглавлял Компотов.
– И что… значительной ценности книга?
– В каком смысле? – Профессор вновь посмотрел на меня как-то странно.
– В художественном или… э-э-э… в смысле идей.
– Дрянь редкостная, – со вкусом сказал Компотов. – Да. Это, знаете ли, в фантастике не редкость. Впрочем, как и в литературе вообще… На этот счет еще в прошлом веке высказался как-то Теодор Старджон.
Тут профессор поведал историю с высказыванием Т. Старджона на одном из симпозиумов по научной фантастике. Затем коротко обрисовал обстановку с развитием энэф в англоязычном мире в сопоставлении с фантастикой социалистических стран и прежде всего советской в середине прошлого столетия.

Панаско Евгений - Десант из прошлого => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы отлично, чтобы книга Десант из прошлого автора Панаско Евгений дала бы вам то, что вы хотите!
Если так получится, тогда можно порекомендовать эту книгу Десант из прошлого своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Панаско Евгений - Десант из прошлого.
Ключевые слова страницы: Десант из прошлого; Панаско Евгений, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн